Трупы на дне
- Ну как водичка? - полюбопытствовала Патология.
- Класс! - сообщила Настя, выбираясь на берег. - Прямо возвращает к жизни!
И плюхнулась на расстеленное по песку покрывало рядом с подругами, задев их мокрой кожей с крупными мурашками. Впрочем, жаркое июльское солнце быстро испарило остатки влаги, и кожа Насти снова нагрелась, немногим уступая валявшимся на берегу камням.
Патология и Катя дружно расхохотались, глядя то на канал, то на подругу.
- Что такое? - в недоумении спросила Настя. - Я сказала что-то смешное?
- Еще какое! - хором отозвались Катя и Патология.
- Ты, Насть, сюда приезжаешь только на каникулы, - начала пояснять Патология, помахивая свесившейся с вытянутой ноги черной тапочкой, состоящей из двух ремешков и трех заклепок, - а мы с Катюхой здесь живем. И знаем историю этого канала.
Настя заинтересованно моргнула ярко-голубыми, как вода, глазами и уселась поудобнее, приготовившись слушать. Она уже знала, что сейчас услышит очередную интересную историю, которыми подруги баловали ее регулярно.
Патология не торопясь достала из рюкзака бутылку воды, отпила сама и пустила минералку по кругу. Наскоро глотнув пару раз, Настя нетерпеливо вернула бутылку подруге. Пальцы Патологии, которые она случайно задела, были холодными, хотя она ни разу не заходила в воду. И Катя не заходила. То ли боялись, то ли брезговали...
- Как ты думаешь, - спросила Патология, - как появился Химкинский канал?
- Не знаю... - честно призналась Настя. - А как?
- На самом деле он не такой уж и старый, - стала рассказывать Патология. - Его прорыли в советские времена, чтобы проложить путь для барж и пароходов. - Настя привычно оглянулась на воду, где в самом деле неторопливо ползла нагруженная песком баржа, а вдалеке белел пароход с неразличимыми отсюда именем и фамилией на борту. Не иначе, какого-нибудь писателя или политического деятеля. - Если посмотреть по карте, то видно, что он соединяется с Волгой. А копали его в сталинские времена, в начале тридцатых. Это выдавали за комсомольскую стройку, но на самом деле там работали заключенные. Их лагеря были в Захарково и Химках, как раз вдоль тех мест, где сейчас берега.
- Это же здесь совсем рядом, минут за двадцать пешком дойти можно...
- Да. Тут до сих пор живет очень много потомков тех зеков.
- А почему они технику не использовали? Хотя бы экскаватор?
- Настя! - в один голос вздохнули Патология и Катя. - Ты еще спроси, почему на стройке кирпичей не хватает.
Настя смущенно потупилась и сделала знак - мол, рассказывай дальше.
- Так вот, - продолжала Патология, задумчиво глядя вдаль, - зеки работали в совершенно зверских условиях. Никаких тебе выходных и нормального рабочего дня, тюремные харчи...сама понимаешь. Да еще и погода у нас почти круглый год на редкость отвратительная...
- Что есть, то есть, - усмехнулась Настя, - то дожди, то ветрище, то холод, то туман. А иногда и все сразу.
- Вот-вот. Так что люди гибли там пачками. Редко кто выдерживал дольше пары месяцев. И об усопших никто не заботился. Разумеется, на зеков гробов не напасешься, да и много чести... В общем, тела зарывали прямо на дне. Потом земелькой забросали, песочка насыпали, плит бетонных положили кое-где - и все, готов канал, получите-распишитесь.
- То есть, ты хочешь сказать, - протянула Настя, - что здесь труп на трупе?
- Угу, - согласилась Патология, - еще и по берегам немало зарыто. Весь канал построен на костях. Как Питер на болотах.
Настя изменилась в лице и стала остервенело вытираться полотенцем.
- Так немало времени прошло, - попыталась успокоить ее Патология, - все, небось, выветрилось давно.
Если Насте и стало спокойнее, то явно ненамного.
- Но в таких местах всегда сохраняется негативная аура, - задумчиво проговорила Катя. - Отрицательные эмоции остаются еще много лет и отравляют жизнь тем, кто имеет несчастье там находиться.
- Это да, - согласилась сидящая поблизости женщина средних лет, - все так и было, мне мама рассказывала.
- Трупы там или что еще, - добавила Катя, - а репутация у канала все равно подмочена. То холерный вибрион там найдут, то еще какую гадость... Сколько здесь народу каждый год тонет, я вообще молчу - летом на пляже, зимой под лед проваливаются. И трупы непонятного происхождения регулярно вылавливают...
- Да трупы - это еще цветочки, - вставила Патология, - я там такое видела, что вы мне просто не поверите!
- Это что же?
- Сорванная с петель квартирная дверь, ржавый скелет "Запорожца"...
- Не может быть! - заявила тетка.
- Может, - вздохнула Настя, - я это своими глазами видела.
- А еще говорят, что чайки - это души погибших моряков... - задумчиво проговорила Катя.
- А здесь их всегда много, - отозвалась Настя, глядя на стаю белых птиц, расположившихся на мелководье и по берегу. - Может, эти - души погибших заключенных?
- Кто знает...
[править] См. также
Текущий рейтинг: 25/100 (На основе 30 мнений)
